Революция – это долго

Французская революция длилась почти 150 лет, прежде чем во Франции сумели построить общество, в котором удобно жить. Да и то, дело идёт к тому, что мы ещё увидим баррикады в Париже. Похоже, что до сих пор не закончилась Русская революция (начавшаяся, кстати, не в 1917 году, а с неудачной крестьянской реформы 1861 года, когда крестьян освободили, но не наделили землей, чтобы обеспечить их существование).

Михаэль Дорфман. Революция - это долго
28 Вересня 2017 20:00Блоги,Михаэль Дорфман
В среде левых за классический образец принимается Великая Русская революция 1917 года, когда произошёл апофеоз якобинских традиций: прогнившую государственную машину опрокинули снизу и попытались построить новое общество. Однако Русская революция во многом — исключение, а не правило. И тем, что она была ведома партией профессиональных революционеров, и тем, что сумела добиться окончательной и бескомпромиссной победы, и тем, что попыталась строить новый мир в отдельно взятой стране. Даже тем, что контрреволюция там пришла изнутри.
Крупнейший современный историк Иммануил Валлерстайн указывает на то, что все революции нового времени были глобальными. Великая Французская революция, хоть и произошла в одной отдельно взятой стране, но коренным образом преобразовала весь североатлантический мир – от Польши до Северной Америки. В течение всего каких-то 20-ти лет стали всеобщим достоянием идеи, считавшиеся раньше уделом безумных мечтателей: о том, что общественное изменение благотворно и необходимо, что правительства нужны для осуществления общественных перемен, что власть получает свою легитимацию от сущности, называемой народом. Даже самые дремучие консерваторы хотя бы на словах вынуждены были считаться с революционными идеями, ставшими частью здравого смысла.
В 1848 году революции произошли одновременно в 50-ти странах – от Валахии до Бразилии. И хотя ни в одной стране революционеры не сумели удержать власть, они вызвали глубочайшие системные изменения, способствовали укоренению идей французской революции. Например, идеи о необходимости всеобщего образования. Подобное произошло и в ХХ веке. Русская революция, хоть и не переросла во мировую революцию, однако заставила мир в целях самосохранения прибегнуть к социальной инженерии, создать средний класс и социал-демократические, а то и откровенно популистские, модели обществ всеобщего благосостояния.
«Мировая революция 1968 года» была анархистской по духу. От Калифорнии до Чехословакии, от Парижа до Народного Китая революция 1968 года отличались тем, что была восстанием против бюрократического конформизма, отрицанием партийного политиканства, самоотверженным созданием новой культуры освобождения, позволяющей индивидууму самореализоваться. Революция 1968 года внесла новые темы: отрицание любой формы неравенства, независимо от того, как глубоко в общественном сознании оно было заложено. Революционные круги создавали неиерархические формы организации, движимые сознательностью. Они отличались отрицанием волевого принятия решений и поиском консенсуса. Знаменательно, что дух анархизма пришёл отнюдь не от организованного анархистского движения, к тому времени уже почти исчезнувшего и потерявшего всякое политическое значение.
Михаэль Дорфман, писатель, публицист.

Специально для Прометея.

Предыдущий материал цикла М. Дорфмана «Демократии больше нет»: О революции.

Продолжение следует.

Новини

«Прометей» - незалежний інформаційний портал. Позиція редакції може не збігатись з точкою зору авторів окремих матеріалів. Ваші матеріали, побажання та пропозиції надсилати на електронну пошту: [email protected]. Ми завжди на зв'язку!
Використання наших матеріалів можливе за умови наявності прямого посилання на Прометей.