Господин рейхспрезидент

Представим себе двух Иванов. Первый Иван зовётся Жаном и живёт в обычной французской деревушке где-нибудь в центре своей милой европейской страны. Второй Иван - просто Иван - обитает в безликом блочном городке любого масштаба в любом уголке любой постсоветской страны. И Жан, и Иван собственники. Жан владеет своим, как он говорит соседям, «поместьем», хотя те владеют точно такими же неказистыми избушками и пашнями, что и Жан. Иван владеет квартирой в панельном доме, но свои апартаменты он почитает чуть ли не за palace.

Господин рейхспрезидент
31 Січня 2017 21:49Блоги,Левандовский

Разумеется, ни он, ни его французский приятель не ладят с соседями, и, разумеется, их соседи ничем не отличаются от наших героев ничем, кроме имён. Оба Ивана не работают на себя в прямом смысле: Жан мелкий крестьянин, часть времени обрабатывающий свою парцеллу, часть времени сдающий свой труд в наём богатому соседу; Иван просто сдаёт свои руки и свои мозги тому, чьи наёмные бюрократы из т. н. «отдела кадров» соглашаются эти руки и мозги взять и употребить на благо хозяйского кошелька. В принципе, единственная разница, какая есть между Иваном и Жаном, это разница временная. Так уж вышло: Жану выпало родиться при Луи-Филиппе и жить при Наполеоне III, а Иван вылупился при Брежневе и гниёт под сухим евразийским солнцем при Путине.

Убого ли положение двух этих совершенно ординарных персонажей? Безусловно. Оно настолько убого, что его убожества не сможет понять разве что равный им по уровню жизни и развития осёл. Итак, убожеством своего положения Жан и Иван обязаны вполне конкретному явлению – частной собственности на недвижимые средства проживания (далее – на средства проживания). Именно эти средства, выраженные для Жана в его частном доме и хозяйстве, а для Ивана в его квартире, есть условия, определяющие глубочайшую, железобетонную консервативную тупость обоих указанных товарищей. Чтобы выяснить, почему частная собственность на средства проживания делает из людей безмозглых ослов, голосующих за PiS, Единую Россию и Трампа, вспомним зады.

Изначально всякая собственность является предметом раздора и разделения: то, что принадлежит мне, что очевидно, не может принадлежать другому. Эта коренная обособленность собственника чего бы то ни было является первичной причиной такого явления, как отчуждение человека от других людей. Человек Владеющий a priori отделён от прочих людей стеной своего владения и сознанием этой стены, потому всякое взаимодействие с собою он рассматривает через призму собственности. Величайшим заблуждением и идеализмом будет считать, что господство парадигмы частной собственности навязано обществу классом буржуазии, поскольку отчуждение и сегодня, и тем более вчера распространялось в верхах этого общества так же, как и в его низах.

Это связано с тем, что собственность на средства проживания, являющаяся особой формой собственности на средства производства, поскольку всякое недвижимое средство проживания есть средство воспроизводства труда и человеческой жизни, является наиболее распространённой формой собственности в современном обществе, исключая индивидуальную собственность на мелкий средства проживания, типа еды, питья и прочих принадлежностей быта, обыкновенно собираемых человеком в своём жилище. Так, по данным Росреестра на 2012 год с 1998 года собственниками жилья в России стали 30 миллионов 200 тысяч человек или около 21% от всего населения страны; по оценкам же как государственных, так и частных аналитиков собственниками своего жилья являются более 80% россиян.

Отчуждённые от других людей, собственники жилья разделены каждый по своему ничтожному участку, по своей современной парцелле. Вполне естественным образом это отчуждение обосновывается жизненной необходимостью жилого пространства, более того, стабильного жилого пространства, гарантирующего стабильную выживаемость и косвенно повышающего шансы при поиске работы за счёт удлинения возможных сроков. Потеря жилья значит для собственника потерю всех его очевидных и расписанных здесь только для уточнения преимуществ, соответственно, одной из важнейших целей жильца, как собственника своего недвижимого средства проживания, становится защита этой своей собственности.

Что гарантирует такую защиту? Во-первых, политическая и экономическая стабильность. Мелкому домашнему хозяйчику не нужны великие потрясения, ему нужна великая квартира. Соответственно тот, кто пообещает хозяйчику стабильность, сперва припугнув всеобщим хаосом или неминуемой катастрофой, получит его голос практически сразу же, – так, американское фермерство без особых раздумий выбрало на пост главной медийной куклы страны человека, просто пообещавшего провинциальным хозяйчикам стабильную работу, низкие налоги и никаких великих потрясений извне; а российский квартирособственник с радостью проголосовал за ту единственную партию, что смогла убедительно гарантировать ему хоть и унизительно нищее, но стабильное экзистирование под ногами майора. Сплочённый этой жаждой стабильности, класс отчуждённых собственников средств проживания формирует крупную и стабильно консервативную прослойку современного общества, исправно обеспечивающую наиболее умеренным силам и партиям big tent’а министерские кресла и портфели.

Очевидно, что эти бонапартизм и необонапартизм (первый имеет место в современной Америке, где консерваторы опираются на разобщённую и малограмотную деревню; второй же держится сейчас в Европе и России, где те же консерваторы апеллируют к настроениям квартирных хозяйчиков, как наиболее массовой прослойке собственников), воскрешаемые сегодня собственниками средств проживания, вредны для общественного прогресса, поскольку призваны к консервации и упрочению сложившегося положения (децентрализации частного жилищного фонда) как минимум на рынке недвижимости, тогда как рынок ввиду объективных закономерностей имеет тенденцию к необходимой монополизации жилищной собственности. Эта тенденция тем полезнее для социал-демократов текущего момента, что лишает наёмных работников лишнего жизненного балласта, не оставляя тем ничего, кроме цепей.

Наглядным примером лишённого всякой собственности персонажа будет любой столичный студент любой европейской страны: его удовольствие зависит исключительно от объема стипендии, а его взгляды зависят исключительно от его удовольствия. Низкие стипендии, столь обыкновенные равно в голлистской Франции и в путинской России, делают студента радикалом, а отсутствие собственности делает его большим радикалом, чем кто бы то ни было, собственность имеющий. Рабочий с низкой зарплатой и без квартиры зачастую бывает не менее, а то и более радикален, нежели студент, – и сочетание подобных товарищей вместе в значительной дозировке способно, при стечении прочих условий революционной ситуации, вылиться в замечательный бунт.

С другой стороны, нищенство бездомного рабочего, снимающего комнату у зажиточного рантье, мало соотносится с той положительной программой, которую мы в МАРТе описываем под именем кооперативизации производств в частности и общества в целом. Так оно и есть: кооперативный строй рабочих-собственников средств производства в принципе немыслим при условии отсутствия у этих рабочих так же и жилищной собственности. Однако это вовсе не значит, что жильё должно принадлежать непосредственно разделённой и отчуждённой массе, воспроизводя вновь нынешнюю парадигму консервативного мышления трясущихся за свои бетонные блоки домоседов, вовсе нет. Наоборот, средства проживания так же должны быть кооперативными, то есть находиться в общей собственности жильцов, как и средства производства должны находиться в общей собственности работников – каждый жилец, являющийся пайщиком своего жилищного кооператива, принимает участие в коллективном владении своим домом и, если жильцов несколько, своей квартирой.

И подобная система владения уже существует и работает, в том числе в России (см. напр. 110 статью Жилищного кодекса РФ). Вопрос в том, чтобы в сочетании с кооперативизацией производств, во-первых, сделать кооперативизацию жилья тотальной, а, во-вторых, сместить акцент права собственности со средства проживания на средство производства, из дома на работу. Ведь если совокупный жилец только в том и заинтересован, чтобы выжить, то совокупный капиталист желает не только удержаться на плаву, но и улучшить своё положение.

Виктор Миллер.

Оригинал на странице МАРТ.

Блог Левандовского – совместная аналитическая колонка нескольких авторов левого направления.

Новини

«Прометей» - незалежний інформаційний портал. Позиція редакції може не збігатись з точкою зору авторів окремих матеріалів. Ваші матеріали, побажання та пропозиції надсилати на електронну пошту: [email protected]. Ми завжди на зв'язку!
Використання наших матеріалів можливе за умови наявності прямого посилання на Прометей.